Случайный постYamamoto Takeshi:

Так в какой момент всё началось?

Тогда, когда в будущем услышал про смерть отца? Или когда проиграл впервые, самонадеянный слишком? Слышать о том, что не смог защитить, ничего не смог — неприятно. Настолько, что даже у него не получилось сохранить привычную лёгкость. Осознание липким и холодным застревает между рёбрами, медленно разъедает кости, разрушая их, точно ржавчина: мягкосердечность и добродушие — фатальны, не способны сохранить в руках даже то, что должен был держать крепче прочего. Если бы они приняли другое решение. Если бы он был сильнее. Если бы не колебался и не верил свято, что всё получится — словами и щадящим. Если бы, но. Им это по силам, думал он. Они справятся. Цуна справится, примет нужное, правильное решение. Цуна принял решение, что погубило их всех.

Или тогда, когда впервые встретил Скуало? «Оказывается, я совершенно не умею проигрывать», говорит в тот момент Ямамото, и дни теряют счёт. Это правда — он не умеет и не любит проигрывать. Правда — он хотел взять реванш. Но правда и в том, что что-то вскипает в груди, когда клинки сталкиваются, когда чувствует вкус крови во рту и запах её на чужих руках. Он хотел доказать себе, что способен заставить Дождь Варии воспринимать себя всерьёз. Он не хотел признавать, но чувствовал: рукоять катаны слишком хорошо лежит в руках, как будто так и должно было быть всегда, как будто она — его продолжение. Он оттачивал одно движение за другим, жадно впитывал техники, что показывал ему отец, и день с ночью потеряли всякие границы, обращаясь единым.

Читать полностью »

После мирной смерти Тимотео Савада Цунаёши становится десятым доном Вонголы. Реборн пропал и подозревается в убийстве Савады Наны. Тем временем неизвестная семья начинает действовать.

KHR! Vendetta del Caduto

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » KHR! Vendetta del Caduto » Largo Respighi № □ □ □ » Прошлое » Turn all upside down [ноябрь 2005]


Turn all upside down [ноябрь 2005]

Сообщений 1 страница 6 из 6

1

Шитт ПЗакуро
https://i.imgur.com/vPX7gZ2.png
「 Ноябрь, 2005 г. 」

Мексика, трижды забытое шоссе, угнанная тачка. ©

+3

2

[icon]https://i.imgur.com/YAVoO3F.gif[/icon]Очень дерьмовые дела. Пи знала в них толк - будто фамилия обязывала. Все началось с того, что Шимон натурально кинули на бабки. На довольно крупные бабки - и Пи была очень этим недовольна, потому что это ударило по ее кошельку. Значит, она не сможет купить себе нового красавчика. Или красавицу. Пи очень изящно оформляет справку о болезни в школу - и сваливает в сраную Мексику разгребать очень дерьмовые дела. Обязывает то ли фамилия, то ли кольцо, то ли Энма и его печальный взгляд от осознания, что на деньги, оказывается, кидают. Пи предпочитает считать, что дело в фамилии - потому что благодаря этому и без того личное (автопарк не расширяется, а это плохо и скучно) дело становится еще на одну позицию более личным. А когда дело становилось личным, Пи была чуть больше в себе и чуть больше собой. Даже если измазывала одежду кровью. Правило номер один - минимум одежды. Правило номер два - минимум ткани. Правило номер три - белое на дело носят только дебилы и слепцы.

В самолете тихо и спокойно - и Пи предпочитает отдыхать. Смотрит Мамму Мию на ноутбуке и после обеда закидывается парой своих таблеток. На них красуется этикета с солнышком и надписью "веселые таблетки" - потому что без этого было бы не так весело. Служба охраны аэропорта смотрела бы на них чуть внимательнее, если бы могла, но иллюзионисты умеют прятать самое страшное на виду. А Пи этим пользуется. Она почти не обращает внимания на верещание какой-то женщины в заднем ряду о том, что от нее нужно отсадить мать с ребенком, игнорирует рев ребенка - потому что ей так хорошо - в ее ушах поет Мэрил Стрип, в ее венах веселье и антидепрессанты. Пи отвратительно потрясно - и она постукивает коготком-колечком по подлокотнику. Молоденький мальчишка лет двадцати в соседнем кресле так смотрит на ее декольте, что Пи даже приятно такое внимание. Она почти готова зафлиртовать его до смерти, но интерес пропадает сам собой - потому что ей и так хорошо. Счастливые таблетки действуют хорошо. Психотерапевт будет ею так гордиться.

Мексика встречает ее затхлой жарой, приятным климат-комфортом в такси - и встречей в переулке. Связной выдает ей чемоданчик с очаровательными палетками и хеллоу китти. Пи прекрасно знает, какое оружие ей выдают. Не сказать, что в нем есть потребность. Но на всякий случай - неплохо. Предупрежден - значит, вооружен. А Пи в любом случае предпочитала быть вооруженной. Колечки ей не просто так делались. Всю дорогу она задумчиво разглядывает то дорогу, то себя в зеркало, то экран телефона. Пи думает о том, что ей нравится Мексика, но жара раздражает невероятно. Наверное, нужно было сбривать волосы, но она только утомленно выкрашивает их перед поездкой. Климат-комфорт ее устраивает. На краю города ее ждет мотоцикл - она покупает его за какие-то смешные деньги у перекупа. По его виду сразу ясно, что парень на руку не слишком чист. Пи смеется - и едет по делу, предварительно закинув в отель чемодан с вещами. Чемоданчик с хеллоу китти не покидает ее совсем. Просто чтобы Энма был спокоен, когда ему скажут, что она в безопасности. Когда у Пи есть оружие, она в безопасности. Дело в том, что она сама - оружие.

Чужое логово - слово "особняк" Пи не нравится, звучит так, будто там живут мерзкие жирные старики, покупающие трусики школьниц и самих школьниц, - встречает ее вооруженными крепышами. У Пи есть чемоданчик с хеллоу китти. Его содержимое доставать не хочется. Хеллоу китти так идет кровь. Пи стучит каблуками по мраморной лестнице - под ее когтями буквально стекают вниз перила. Болото их сжирает. Потому что Пи знает - если послали ее, значит, она должна оставить не пепелище, а всего-навсего мокрое место. На такой жаре высохнет быстро. Пи поправляет кожаную куртку - и слышит возню. Потом начинается сущее безумие для мухи - и идеальный порядок для паука. Пи - паук. В начавшейся без ее участия резне она жаждет оказаться. И замирает только тогда, когда собственные когти покрыты кровью, а кошечка захлебывается кровью. Ей нужна секундная задержка, чтобы вынырнуть из болота. В бою Пи слишком инстинктивна, слишком вышколена, в движениях ее скользит привычность и обученность, сквозит нечеловеческое. Пи учили плохие люди. Пи учили, что если не делаешь хорошее, то делай плохое хорошо. Пи нужна секундная задержка, чтобы не вцепиться в знакомое рыжее лицо. Она очень запоздало понимает, что оно правда знакомое - и вскидывает брови, прежде чем протянуть окровавленную ладонь. Отросшие за спиной когти миролюбиво покачиваются, заляпывая все те остатки ковра, что не пострадали, кровью. Тот факт, что за ними побегут и захотят порешить, наверное, был ожидаемым. Просто количество было скорее неприятным.

Пи находит у одного из тел в кармане ключ от тачки - и это уже неплохо. Сначала Пи радуется, потому что это выход. Потом чертыхается, потому что это ебаный Плимут. Нет, она уважает классику. Но ебаный Плимут? Отличное начало - там, где быстрые ноги пизды не боятся, на Плимуте они точно огребут. Особенно на таком вычурно-красном. Пи чертыхается и когда сраное корыто не с первого раза заводится, и когда не может нормально войти в гребаный поворот. Наверное, проблема в том, что счастливые таблетки отпускают - а чертов Плимут все еще рядом. Пи уважает классику, но видит бог - она разнесет ее на болтики. Во время погони Плимут глохнет дважды - и Пи орет на рыжего, что он должен взять ебаный чемоданчик, достать оттуда ебаное оружие - и избавиться от ебаного хвоста, потому что это сраное корыто не вывезет долгую погоню - оно вообще не вывезет.

Мексика. Трижды забытое шоссе. Угнанная тачка.

Ебаная жара, ебаная погоня, ебаный Плимут.

Где-то через полчаса после того, как последний догоняйка врезается красноречиво в дорожный знак (обгон, сука, запрещен, ты нарушил закон, вот твоя карма), Плимут не вывозит - и снова глохнет. И больше не заводится. Пи только красноречиво выругивается и хлопает дверью.

Ни сигарет, ни счастливых таблеток у нее больше нет. Есть ебаный Плимут посреди сраного нигде.

+3

3

Закуро приподнимает маску для лица и переводит заспанный взгляд в окно самолёта, тысячи километров над уровнем моря, семьсот пятьдесят километров в час, а кажется, что полёт длится вечность. Он широко зевает и опускает маску снова на глаза, скрещивает руки на груди, засыпая обратно. В какой-то момент его будит девчонка, рядом сидящая: «Время обеда», — говорит робко она, но Закуро смотрит так, что та вздрагивает, икает и замолкает, больше не проронив ни слова.

Грёбаная Мексика. На кой чёрт нужно было отправлять туда именно его?

Иногда Закуро жалеет, что принял вновь протянутую Бьякураном руку. Говорят, на ошибках учатся, брехня. Он сделал это тогда, повторил тоже самое и в  этот раз, не веря ни в одном из миров в благие намерения. Не веря в семью и единство. Наверное, со скуки. Бьякурану, наверное, тоже было просто скучно. Для него они — карточные масти, которые нужно собрать вместе, выстроить ими домик — своё и рядом, надёжность этого своего столь же спорна. В фильмах любят показывать, как картами можно разрезать даже горло — это про них, их удары острее лезвия бритвы, способности разрушительны, но хрупкость конструкции очевидна. Каждый согласился по своим причинам, держится за что-то своё, но все они собираются вокруг единственного. Кто-то, впрочем, верит в семью и кому-то это нравится, глупо — Закуро не верит, но помнит силу и не хочет жить ни в нищете. Впрочем, он кое-как перебирался и без этого. Работа барменом не пыльная, иногда приносит хорошие чаевые. Когда Бьякуран пришёл к нему — снова, — Закуро подумал: «Слишком поздно», — она уже погибла. Когда Закуро вспомнил, то знал, что это случится, знал, что он придёт. Но Закуро не просил об этой памяти. Знать собственную значимость, войны и проигрыш — кто будет просить о подобном? Знать, что в каком-то из миров — грёбанный пиздец, их ещё дохрена этих миров — ты был кем-то великим, а сейчас перебираешься от зарплаты до зарплаты, пытаясь не сдохнуть, тоже такое себе. Закуро осточертело всё, если быть откровенным, и он соглашается пойти с Бьякураном. Снова. Интересно, как скоро грабли вдарят по лбу?

Вообще-то не Закуро привередничать, он в каких условиях только не жил, но Закуро привередничает, и Мексика ему не нравится. Дышать нечем, жарко и душно, солнце ошалелое палит так, словно вот-вот наступит конце света. Закуро на самом деле хорошо переносит жаркую погоду, жар, как данность — он вулкан, но вулкан сейчас дремлющий, и Закуро недовольно морщится, лениво разминает затёкшие мышцы, сверяет координаты, куда дальше ехать. Не могли ближе оказаться? Грёбаные ублюдки. Ещё и тупые, раз решили надуть на сотрудничество самого Бьякурана. Как называют тех, у кого нет никакого инстинкта самосохранения? Закуро наивно был уверен, что не найдётся в мире человека, который решится переступить ему дорогу. Нашлись. И теперь он вынужден лицезреть, как унылый пейзаж проносится за автомобильным окном. Он сползает по заднему сидению, а после вовсе заваливается на бок, закрывая глаза. Дерьмо.

«Не используй свои способности без необходимости, Закуро», — наставлением, прежде чем отправить в Мексику. А вот не согласился бы пойти за Бьякураном, не пришлось бы сейчас заниматься этим гемором.

«Нам не нужно, чтобы ты спалил всё к чертям», — добавляют, и Закуро морщится. Быстрее было бы сжечь всё дотла, заставить бурлить пламя, обращая его в магму, но нельзя и собственный вулкан под грудью всё так же дремлет, выжидая момента, которого может и не подвернуться. С каких пор Бьякурана вообще заботят последствия? Закуро не нужно было бы даже пальцем шевелить, чтобы разобраться с этой проблемой, но в итоге он вынужден не просто шевелиться пальцем — сражаться так, будто он обычный офицер. Дерётся Закуро хорошо, остервенело. Удары чёткие, бьют точно по болевым, взгляд непривычно острый. Дерётся Закуро — насмерть. Он сворачивает одному из грёбаных ублюдков шею, когда в бой вмешивается неучтённая переменная. Неучтённая переменная — кляксой на чистом холсте, работает грязно, и через какое-то время место окончательно превращается в кровавое побоище. Когда клякса оказывается близко, Закуро чувствует угрозу и готов нарушить данное слово не использовать Пламя, но та будто приходит в себя, протягивает руку, и Закуро не брезгует принять её. Запоздало понимает откуда знает её, даже имя вспоминает — Шитт П. Вот уж и правда shit — подмога, в виде толпы недомерков, не вызывает воодушевления. Так почему ему нельзя использовать Пламя? Ах да, спалит всё дотла, а этого допустить нельзя. Дерьмо.

Девчонка находит ключи от тачки и не выглядит довольной, Закуро же глубоко плевать, что за корыто у них будет, главное, чтобы на ходу. Главное — подальше от сюда. Так он думает, а потом тачка глохнет во второй раз и он не сдержанно ругается, огрызаясь на девчонку, потому что и без неё знает, что нужно делать, потому, мать её, этим и занимается. Закуро стреляет метко, пробивает колёса одним из ублюдков, но удовлетворения не чувствует — таких ещё с десяток. Закуро, по правде, заебался, слишком геморно, он на это не подписывался. Но хочешь жить в достатке и не зная хлопот, умей и делать, что требуется. Закуро умеет, но не любит.

Когда корыто глохнет окончательно, Закуро лишь тяжело выдыхает. По вискам скатывается пот — грёбанная жара, грёбанная погоня, грёбанная Мексика, — по руке стекает кровь. Было бы наивно думать, что его ни разу не заденут, когда высовываешься так откровенно и не имеешь возможности даже как защиту использовать Пламя — слишком большой риск, что в перепалке он случайно не спалил бы и тачку.

Закуро выходит из машины следом, и, смотря на девчонку, понимает, что дело на самом деле дерьмо полное. Достаётся из заднего кармана сигареты, прикуривает и, подумав, протягивает и ей: даже не курящий не отказался бы после такого закурить, Закуро уверен, как уверен, что отказываться та не станет.

— Понятия не имею в какой мы заднице, но оставаться здесь нельзя, — устало, потому что даже говорить лень, — пошли, чокнутая, потом поистеришь, — ровно отзывается, махнув рукой куда-то в сторону, понятия не имея, что там находится, но зато зная, что если они будут стоять на месте, то ничем хорошим это не закончится. Он зажимает в зубах сигарету и стягивает грёбанную куртку с плеч, швыряет её прямо на капот машины, и, не дожидаясь, направляется в указанном направлении.

Отредактировано Zakuro (01.08.2022 18:15)

+2

4

[icon]https://i.imgur.com/YAVoO3F.gif[/icon]Пи дышит по квадрату и перебирает в голове вещи, которые ее успокаивают. Заземляет себя, чтобы не задохнуться от раздражения и накатившей злобы на чертову машину. Пи трясет тихо - не от жары, а от всего. От вообще всего. Запах крови упорно стоит в носу - Пи дышит-считает по квадрату, чтобы не сорваться. Раз-два-три-четыре. Углы по девяносто градусов. Девяносто в квадрате - восемь тысяч сто. Умножить на два (вдох-выдох) - шестнадцать тысяч. Примерно в шестнадцати тысячах километров Малайзия. Столица Малайзии - Куала-Лумпур. Два слова. Вдох-выдох. Пи тянется за сигаретой, но закуривать не спешит. Иначе выкурит все слишком быстро. Зато быстро - это про рыжего. Он слишком быстрый - быстро решает, быстро кидает куртку, быстро заебывается. Это не заземляет. Пи все еще чует кровь. Пи не нервничает - она просто ищет источник опасности в доведенном до рефлекса порыве уничтожить ее. Похоронить на самом дне, запрятать тела там, где их не найдут, оставить сокровищницу из ягод вокруг - и вскармливать змей и журавлей, лягушек и рыб, мертвые стволы гнилых деревьев и скачущие в отражении звезды. Болото не претендует на землю и держится в стороне, среди тени и прохлады, но едва начнет шириться в половодье - накроет собой и сожрет. Если болото схлынет обратно в темноту - оно оставит щедро ила и перегноя, чтобы земля росла и питалась всем тем, что болото убило. Если болото решило прийти на чужую землю, оно сожрет ее без остатка и наречет своей. В пустыне болоту плохо - может, поэтому они и не ладят с Като, болото и пустыня просто не могут сосуществовать. Пустыня прячет сокровища в песках. Болото сжирает их - и отдает с весной русалками-утопленницами, блеском забытого кольца на пальце мумифицированного в торфе тела. Болоту нет дела до сокровищ -  оно их не скрывает, оно просто берет то, что ему принадлежит. Пи хочется скулить. Но вместо этого она только проявляет заботу.

- Ты слишком торопишься. Уймись, на своих двоих далеко не уйдем, но тепловой удар словим, - Пи за руку ловит, берется за запястье крепко, смотрит серьезно, Пи не очень любит, когда ей ставят условия, еще больше, когда эти условия походят на приказы, Пи слишком независимая, Пи слишком самостоятельная, она на ранение чужое смотрит и щурит глаза красные, Пи нет дела до приказов, она просто берет свое, - не дергайся.

Ей нужно сосредоточиться - вызвать достаточно неконцентрированное и маленькое пламя через какое-то безымянное колечко Урагана, которое ей Энма выдал "на всякий случай". Как будто чувствовал. Пи сосредотачивается - ей привычнее работать с болотом, но это, пожалуй, самый оперативный и подходящий выход. Прикладывает аккуратно коготок мизинчика к ранке, чтобы прижечь - мимолетно, но этого, кажется, хватает, чтобы все стало чуть получше. Пи хмурится все еще, по карманам себя хлопает, лезет в один из них - из него высыпается пара оберток от шоколадных конфет. Упаковка пластырей приходится очень кстати - широкие, разрисованные единорогами и коронами. Пи щедро лепит сразу два. Результат ее устраивает достаточно, чтобы наконец-то закурить. Теперь дышать проще. Хотя бы не так сильно пахнет кровью. Пи нравятся единороги. Они звучат достаточно фантастически, чтобы ей нравиться. Лошади, нацепившие лоб на рог, чтобы отличаться от других лошадей. Среди двуногих Пи, наверное, тоже была своего рода единорогом. Разве что радугой срать так и не научилась.

- Не проще реанимировать машину? Нам все равно нельзя ее оставлять, там отпечатки и твоя кровь, симпатяга. А так хотя бы доберемся до места не посреди запустения и жары, - она плечом поводит, просто предоставляет чужому "нельзя" свои аргументы, этих аргументов для нее достаточно, чтобы не согласиться и гнуть свою линию, - не говоря уже о том, что машина - какое-никакое укрытие, а на открытом пространстве нас загонят. И догонят пешими куда быстрее.

Пи попыхивает сигаретой, вынужденно выдыхая через нос, стягивает собственную куртку и бросает ее на водительское сидение через открытое окно, волосы отросшие перетягивает резинкой для волос, предварительно выуженной из другого кармана - из него выпадает пара палочек от чупа-чупсов. Пи плевать, если честно - она снимает кольца-когти, вымазанные кровью, и бросает на куртку. Она просто не хочет ждать от судьбы милости посреди дороги. Она предпочитает выцарапывать свое право на жизнь, а не ждать подачек с большой дороги. Пи себя не на помойке нашла. Пи слишком хороша для такой судьбы. Поэтому она обходит машину - и роется в багажнике. Запаска ей даром не далась, какая-то грязная рубашка тоже, а вот ремонтный набор - это неплохо. Было бы обидно найти причину поломки - и не быть способной все исправить. Пи любит роботов и машины. Пи строит роботов и чинит машины. Ее это развлекает. Она возвращается к капоту и глухо ставит набор инструментов на иссохший асфальт. Пи, в сущности, все равно, поедет она обратно одна и подберет сдохшее от жары тело по дороге - или предотвратит проблему сразу. Пи уже сделала достаточно хорошего на сегодня, чтобы получить звездочку за человеколюбие.

Отредактировано Shitt P (01.08.2022 20:00)

+2

5

Закуро не нравится Мексика.

«Мексика — страна джунглей и пустынь, где растут лишь неприхотливые кактусы». Так какого чёрта они оказались именно в пустыне? Говорят, пустыня безжалостна к беспечным. Закуро может и не был в полной мере таким, но зато дела их были плохи и воды, закономерно, между делом так, никто с собой не захватил. Находятся они — чёрти где, куда идти — тоже непонятно. И как долго. Говорят, что если долго стоять в пустыне, то она заговорит с тобой и откроет истину: интересно ему знать — какую истину? Бредовую по всему видиму, когда ловишь маразм от перегрева. Всё вокруг засыпано песком, здесь нет ничего кроме грёбаного песка, и ничего здесь не найдёшь кроме него. Ни ручья. Ни болота. Ни. Хре. На. Огромный океан песка и и выжженные солнцем камни. Охренительные перспективы. Одни бесконечные дюны, которым не было видно ни конца, ни края. Горячий ветер обжигает кожу, и это Закуро тоже не нравится. Он хорошо переносит жару, он сам грёбанная жара, но ему неприятно и его всё раздражает. Задание тупое раздражает. Погоня дерьмовая раздражает, спасибо, что закончилась. Заглохнувшее корыто — раздражает. Необходимость двигаться — тоже.

«Мексика — край отважных ковбоев и жгучей текилы». А у них вместо ковбоев выродки, чёрт, он бы не отказался сейчас от текилы.

Закуро не нравится Мексика. И девчонка бешенная тоже раздражает. Он и без неё знает, что шансы их дерьмовы в сложившейся ситуации. Раздражает, но всё же Закуро замирает, поворачивает голову и смотрит на неё тяжёлым взглядом, кажется ещё мгновение и ринется — протянет руку, сомкнёт пальцы на тонкой шее, переломит с хрустом. Это сделать просто, Закуро знает, проще, чем кажется. Но Закуро не двигается, как она и говорит, выгибает бровь одну удивлённо, наблюдает. О ранении он совсем забывает: пуля не прошла на вылет  и не застревала, пуля прошла по касательной, сдирая кожу вместе с мясом и оставляя после себя обильное кровотечение. На это Закуро было плевать, с ним случались вещи и похуже, но девчонка решает прижечь рану и ни чем бы там ни было, а Пламенем Урагана. Это настолько удивляет Закуро — он никогда о подобной возможности не думал даже, — что он просто зависает и тупо пялится. Не морщится, когда кожу обжигает, когда чувствует запах жжённой плоти собственной, как кожа рваная разрушается, но не безвозвратным процессом, а будто — раскалённым, прижигая неровные края и останавливая кровотечение. Закуро только левым уголком губ и дёргает, да приподнимает вторую бровь, когда та щедро лепит ему на руку пластыри. С грёбаными единорогами и чем-то там ещё. Грёбаная Мексика. Грёбаная девка. Он должен сказать спасибо? Закуро не знает. Не собирается. Как же геморно.

— Делай, что хочешь. — Отнюдь не приветливо отзывается, разминает шею устало и опускается на корточки там, где стоял, сложив локти на колени и наблюдая за ней с ленивым прищуром. Достало его всё это. Слишком много сложностей. Не было бы всего этого, не запрети ему использовать силы. Что за бред. Закуро всё ещё это не нравится, раздражает. И солнце, что печёт в спину, раздражает тоже. Дохлое корыто раздражает всё ещё, сейчас бы поспать. И текилы. Он наблюдает, как девчонка возится и думает: неужели на самом деле решила завести эту рухлядь? Не то чтобы ему не нравилась такая перспектива, сложно не согласиться — так будет куда проще, сидеть пусть и не в самой комфортной машине ему нравится больше, чем идти грёбанную бесконечность в неизвестном направлении, без возможности укрыться в тени и без запасов воды хотя бы мизерных. Закуро искренне плевать, что она решила и даже, что делать дальше — он просто спалит всё к чёртовой матери, если ещё хоть одни ублюдки появятся. Бьякуран сам виноват будет в последствиях. И ему ничего не говорили о том, что в пустыне этого делать нельзя.

— Если ты заведёшь это корыто, я тебе лично и бесплатно сделаю какое-нибудь пойло, — говорит вдруг. Вместо благодарности. Закуро, откровенно говоря, дерьмовый бармен, но его всё ещё не уволили, потому что вместе с тем, он — лучший бармен, а местечко то не самое лучшее. Закуро ленив, он знает, но лишний раз делать что-то слишком геморно.

+2

6

Пи открывает капот - это ее стихия. Запах машинного масла, разогретая на радиаторе пицца. Из Пи паршивая пай-девочка, из Пи вообще паршивое все так и лезет. Пи из тех девочек, которые макают плохих парней в школе в унитаз головой (было до Намимори, наказание отсижено, все одиннадцать) и подмигивают старшеклассникам. Пи из тех девочек, которые устраивают пранки и слэмятся на концертах. Пи из тех девочек, которые предпочитают наслаждаться жизнью и гнать на полной скорости в закат. Пока машина сломана - она не может делать то, что хочет. Пи не любит, когда не может сделать так, как хочется. Поэтому она выставляет подпорку - и лезет к сердцу машины. Пойло - это неплохо. Хорошая награда. Пи не против. Пи из тех девочек, которые напиваются на выпускных - но это еще впереди. Напиться можно и без этого.

- Я даже тебя заведу, если потребуется, сексуалка, - она смеется мягко, не особо отвлекаясь от потемневших свечей. Как там говорят? Сосочка-девочка, почему одна, сейчас будет два. Не стесняйся давай, полчасика на подмыться и жду на своем одноместном кабриолете телесного цвета. Букет - тебе.

С машиной немного трудно - потому что и машина нагревается, и Пи нагревается, и ветер горячий. Пи не очень любит жару - она тепло больше любит. С машиной немного трудно - Пи любит копаться в спорткарах, любит копаться в всем свежем, новом, а Плимут - это классика. И не сказать, что боевая. С другой стороны - роскошь. Символ эпохи - в которой красавцы использовали массу бриолина, а красавицы были сплошь блондинками с мушками. Пи кажется, что этой бабуле лет сорок. Плюс-минус пара лет. Она это угадывает по характерным решениям в отношении свеч и проводников. Пи нужно минут восемь-десять, чтобы сделать первичные выводы и попробовать найти решение.

- Ну, у нас как минимум одна хорошая новость - дело не в кривошипе, - Пи понятия не имеет, зачем объясняет это человеку, который наверняка не шарит, но ей так проще размышлять, проще ставить диагноз, когда все проговаривается вслух, мозг слышит и заново полученной информации находит дополнение откуда-то из недр подсознания, - эта старушка очень ретро. И местами за ней не очень хорошо ухаживают. Свечи грязные - и я очень сомневаюсь в том, что стартер нормально работает. Хотя ретро в принципе не моя специализация.

Специализация Пи - это новенькие тачки, из которых можно выжать максимум, они не для стиля, не для эпохи, они для того, чтобы агрессивно водить, чтобы входить в повороты с ревом, чтобы наслаждаться своей абсолютной и совершенной свободой. А классика - она для стариканов. Тех самых, которые ноют по ушедшей эпохе, сидят в особняках и нюхают ангельскую пыль с трусиков маленьких девочек. Или задниц маленьких мальчиков. Во всяком случае, если ты купил классику и не ухаживаешь за ней, то ты точно не просто дед или понторез, не просто фанат-геронтофил. Ты мудак. Машина требует к себе внимания - как всякая женщина. Требует ухода, требует любви. А если нравятся маленькие дети и нет времени на уход за такой цыпочкой, купи трехколесный велик. Какой-то ублюдской тряпкой из набора она кое-как стирает нагар со свечей.

- Сядь за руль и попробуй завести тачку. Мне нужно понять, в каком месте проблема, - хорошо, что рыжий рядом. Чинить тачку одной было бы сложно. А так есть хотя бы запасные руки. Пи же не просит помочь в самом сложном. Ей нужно просто увидеть, как работает движок, что в нем не отвечает на поворот ключа, что ведет себя не так, как должно. Помимо того, что она уже видит.

Ей не нравится то, что она видит. Провода паршивые - такое ощущение, что их меняли во время работы батареи. Могли наебнуть и коротить. Если, конечно, проблема в них. Куда больше ей не нравится то, что даже протертые свечи не реагируют. И щелчок у стартера какой-то грустный, утомленный - проблема может быть и в нем. Неисправен? Где именно. Пи присматривается - искру не выдает, ленится. Не хватает сил - батарея или провода. Или просто сдох. Самое неприятное - это, конечно, свечи. Найти им замену посреди сраного нигде будет как минимум проблематично. Пи обманывать рыжего не собирается.

- Итак, у нас две проблемы. Во-первых, нет искры. Во-вторых, проблемы с проводами у батареи. Провода я, допустим, могу заменить - и если мы везунчики, проблема с батареей только в этом, а не внутри, - она задумчиво чешет щеку, отчего на ней остаются черные разводы, снова вслух скорее говорит сама с собой, - с искрой сложнее. Нет искры, нет зажигания. Нет зажигания, нет нихрена.

Пи работает. Максимально оперативно вытаскивает батарею - потому что время может поджимать, хрен поймешь, когда за ними поедут следующие придурки. Пи старается - уверенно нарезает из скромной катушки новых проводов, тщательно их изолирует какой-то совсем уебищной лентой красной, которая явно видела лучшие времена. Пи работает - и ей в тишине скучно.

- Зачем тебя прислали в эту задницу? Нас вот на деньги кинули, - она говорит об этом буднично совсем, пока возвращает батарею на место и тыльной стороной ладони утирает пот со лба, - а еще я совсем не запомнила твое имя.

Лица Пи запоминает куда лучше. Если, конечно, не собирается убить. А она не собирается. Рыжие, к тому же, все симпатичные. За редким исключением.[icon]https://i.imgur.com/YAVoO3F.gif[/icon]

Отредактировано Shitt P (29.08.2022 22:55)

+2


Вы здесь » KHR! Vendetta del Caduto » Largo Respighi № □ □ □ » Прошлое » Turn all upside down [ноябрь 2005]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно