Случайный постYamamoto Takeshi:

Так в какой момент всё началось?

Тогда, когда в будущем услышал про смерть отца? Или когда проиграл впервые, самонадеянный слишком? Слышать о том, что не смог защитить, ничего не смог — неприятно. Настолько, что даже у него не получилось сохранить привычную лёгкость. Осознание липким и холодным застревает между рёбрами, медленно разъедает кости, разрушая их, точно ржавчина: мягкосердечность и добродушие — фатальны, не способны сохранить в руках даже то, что должен был держать крепче прочего. Если бы они приняли другое решение. Если бы он был сильнее. Если бы не колебался и не верил свято, что всё получится — словами и щадящим. Если бы, но. Им это по силам, думал он. Они справятся. Цуна справится, примет нужное, правильное решение. Цуна принял решение, что погубило их всех.

Или тогда, когда впервые встретил Скуало? «Оказывается, я совершенно не умею проигрывать», говорит в тот момент Ямамото, и дни теряют счёт. Это правда — он не умеет и не любит проигрывать. Правда — он хотел взять реванш. Но правда и в том, что что-то вскипает в груди, когда клинки сталкиваются, когда чувствует вкус крови во рту и запах её на чужих руках. Он хотел доказать себе, что способен заставить Дождь Варии воспринимать себя всерьёз. Он не хотел признавать, но чувствовал: рукоять катаны слишком хорошо лежит в руках, как будто так и должно было быть всегда, как будто она — его продолжение. Он оттачивал одно движение за другим, жадно впитывал техники, что показывал ему отец, и день с ночью потеряли всякие границы, обращаясь единым.

Читать полностью »

После мирной смерти Тимотео Савада Цунаёши становится десятым доном Вонголы. Реборн пропал и подозревается в убийстве Савады Наны. Тем временем неизвестная семья начинает действовать.

KHR! Vendetta del Caduto

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » KHR! Vendetta del Caduto » Evidence room » Эпизоды » 0.1. Ответственность


0.1. Ответственность

Сообщений 1 страница 11 из 11

1

Дата: Май, 11 [2006]
Участники: Гокудера, Иемицу [ГМ]

http://s2.uploads.ru/APRnz.jpg
Сплин — Волна
[audio]http://wrmnorth.ru/wp-content/uploads/2016/06/Сплин-Волна.mp3[/audio]
мы cмoтpим дpyг нa дpyгa нe мигaя
игpa yмa кoнчaeтcя paccтpeлoм
и здecь и тaм вce тa жe вoлчья cтaя

ОПИСАНИЕ
Место действия: Штаб-квартира Вонголы [Италия]
«Воспитание» десятого Хранителя Урагана.
Ввод в курс дел и первые указания от внешнего Советника.

0

2

Стены резиденции наконец-то спокойно выдохнули, стих шум, гам; бесконечные голоса, смех и ругань.
Шторы взметнулись, пуская свежий, ночной воздух в кабинет, разгоняя усталость. Скрипнула входная дверь; Иемицу поднимает взгляд, но ничего не говорит, только неясно улыбается и коротко кивает, после чего снова возвращается к бумагам.
— Все уже спят, — Орегано подходит ближе, к окну, в руках пиджак, рубашка выправлена из брюк, рукава закаты; волосы распущены — она тоже уже собиралась уходить, когда увидела свет в кабинете Советника. В этом нет ничего удивительного, она это понимает; все это понимают. То, чего ждали и боялись весь предыдущий год, всё равно застало всех врасплох. Ждать, но встретиться со смертью, пусть и мирной, пусть и спокойной, но всегда, всегда — не-своевременной. Это всегда обрывает что-то внутри, неумолимо меняет — всё.
—Кроме Урагана, —дети, ей всё казалось, что Десятое поколение —дети; зная не хуже Советника, через сколько они прошли, она всё равно не могла перестать думать об этом когда видела их. Слушая их смех и спор, наблюдая как сын Советника спотыкается на собственных шнурках а кто-то, кажется Гроза, заливисто смеётся — трудно представить себе. Трудно представить, что эти, ещё не окрепшие до конца, плечи смогут взвалить на себя всё то, что несло Девятое поколение.
— Урагана Дечимо, —добавляет, разворачиваясь в сторону Советника. Иемицу отвлекается от бумаг, сводит брови вместе,  чешет щетинистую щёку, что-то обдумывая; не успевает сказать — Орегано понимает без слов.
— Я позову, — сколько они работают вместе? Кажется, что всю жизнь. Для неё Вонгола давно стала — жизнью.

Иемицу откладывает всё, почти залпом допивает остывший кофе. Кажется, они делали всё возможное, чтобы когда этот день настал — Десятому поколению было легче принять это. Все —они. И Вария — тоже. Каждый понимал, что на кону стоит самое важное. Что, как бы этого не хотелось Иемицу принимать, Цуна не сможет сразу всё принять и со всем справиться. Оставалось только надеяться, что Реборну хватило времени на то, чтобы убедить его. Иемицу не сомневался — он сделал всё возможное. Иемицу не сомневался — сын справится. Спотыкаясь и поднимаясь снова. Сжимая пальцы в кулаки, но принимая верные решения. Он видел в нём это, он видел как сильно тот вырос за последнее время. Он — гордился. Но смутное беспокойство всё равно не покидало, но мигрень ночью становилась только сильнее и Иемецу понимал, что чем быстрее он введёт Десятое поколение в курс дела, тем лучше.
[NIC]Sawada Iemitsu[/NIC][STA]Внешний Советник[/STA][AVA]http://khrvendetta.f-rpg.ru/files/0016/02/3b/90507.jpg[/AVA]

Отредактировано Game Master (01.04.2016 06:03)

0

3

С наступлением ночи наконец-то посвежело. Кажется, Гокудера уже успел подзабыть, какие здесь на родине жаркие дни и не менее душные ночи. Но тем не менее он выключил кондиционер и открыл окно нараспашку.
Ночной бриз со стороны моря явно был лучше искусственно охлажденного воздуха, который гоняла система вентелирования. Скинув надоевшую за день обувь, Хаято сидел на широком подоконнике, прислонившись спиной к оконной раме, и смотрел, как сероватые в полутьме облачка сигаретного дыма плывут в воздухе. Рядом с ним таким статуэткой замерла сидящая Ури, молча изучавшая открывавшийся ей из окна пейзаж. Когда все наконец утряслось и суета стихла, Хаято выпустил кошку, пусть привыкает к новой территории. Хотя, если учесть, что Ури была гостьей из будущего, то скорее уж это ему было привыкнуть. К новой жизни и к новой роли. Да, конечно, став Хранителем Урагана 10 поколения, Гокудера всегда знал, что рано или поздно школа-Намимори-тихая жизнь закончится и им придется встать на место гвардии 9 Вонголы. Но даже наиболее из всех знавшему о жизни настоящих мафиозных группировок Хаято было тяжело свыкнуться с этой мыслью. В последнее время у него было два состояния - оголенный нерв, который замыкало от любой мелочи, или же вот такое пофигистичное, почти медитативное состояние. Две крайности, но именно подобные моменты помогали Гокудере хоть немного выпустить пар, выдохнуть и восстановить силы. Чтобы не быть на следующее утро комком нервов, словно кошак со стоящей дыбом шерсти, которого облили ледяной водой.
Но как назло, сон не шел.
Взяв с письменного стола возле окна граненый стаканчик с виски со льдом, Хаято отпил немного, глядя на зажигающиеся в спускающейся ночи огни города. Каждый раз, когда он пил виски, ему вспоминалась та стажировка у варийцев - дурная ночь с терраформированием ландшафта на подступах к штабу Варии, когда он наткнулся на целый отряд наемников. Тогда Занзас пожертвовал бутылку своего драгоценного вискаря, чтобы вправить ему, щенку, мозги. Казалось, это было целую вечность назад, хотя прошло не больше года. Пара стаканчиков виски помогали хоть немного расслабиться и иногда служили не хуже снотворного. Но сейчас что-то даже виски не помогал.
Ури навострила тлеющие багровым пламенем ушки и резко обернулась к двери в комнату. Хаято на мгновение замер, прислушиваясь, и опустил ноги с подоконника. Опустевший стакан отправился на стол, а в дверь уже послышался негромкий стук.
Гокудера бросил быстрый взгляд на электронные часы на столе. Уже ночь, кому могло что-то понадобиться в такое время?
- Не заперто. - загасив сигарету, Хаято попробовал разогнать накуренный дым, получилось плохо.
Дверь приоткрылась, в комнату заглянула смутно знакомая женщина, в которой Гокудера, поднапрягшись, смог припомнить не то ассистентку, не то помощницу отца Савады. Только вот имени он в упор не помнил и мысленно отругал себя за это. Надо затребовать себе досье всех сотрудников CEDEF и членов Вонголы, а то так и будет тупить.
- Сеньор Савада просит подойти вас к нему в кабинет, если для вас еще не слишком поздно, - негромко произнесла женщина.
Дожили. Родной язык неприятно резанул слух, заставив Гокудеру мысленно посочувствовать не-итальяно-говорящему составу Вонголы. Ну то есть вскем, кроме него и Мукуро.
- Не поздно. Благодарю, сеньора... - Хаято запнулся, не зная имени дамы, но постарался сделать вид, что ничего не произошло, и продолжил. - Через пару минут подойду. Доброй ночи.
Дождавшись, пока дама прикроет дверь, хранитель Урагана зашарил по столу, чтобы включить настольную лампу, чуть не свернул бутылку и стакан, чем вызвал презрительный шик Ури. Обувшись и кое-как пригладив растрепавшиеся волосы, Гокудера вышел в слабо освещенный коридор и отправился к кабинету Советника, гадая, что могло понадобиться Иемицу в такой поздний час, что не может подождать до утра.
Остановившись перед нужной дверью, Хаято глубоко вздохнул, словно набирался решимости, и только после этого дважды стукнул в дверь.
- Сеньор Савада, по вашему приказу прибыл, - ляпнул хранитель Урагана, откровенно не зная, как ему держаться - совсем-совсем официально или еще как.

+2

4

– А, Гокудера, проходи. Прости, что так поздно, – Иемицу коротко улыбается, кивком приветствуя, и почти сразу же возвращается к бумагам; так проходит не меньше пяти минут, в полной тишине: лишь редко слышно как перекладываются листья и папки, как ручкой - быстро и уверенно по бумаге.

А потом протяжно зевает, вытягивая руки, потягиваясь – явно сам не выставляя особых границ и чувствуя себя рядом с Хаято расслабленно.

– Чаю? – принюхивается – едва заметная полу усмешка: добродушная и лёгкая, – или может чего покрепче?

К Гокудере Иемицу относился хорошо. Он знал его ещё до того, как тот стал Ураганом Десятого. Он – слышал о нём, узнать довелось позже.

Все в подпольном мире слышали о мальчишке, который уже в двенадцать лет был известен как подрывник. Но мало кто на самом деле решался скалиться на того, за кем стоит босс достаточно известной семьи и, что важнее - Трайдент Шамал. Впрочем, выжить Хаято смог далеко не только поэтому – это лишь уберегло где-то; но ни один из них ему не помогал, не удерживал. Пожалуй, из всех юных Вонгол, у Хаято было больше всего опыта. Он лучше остальных понимал с чем им придётся столкнуться и что стоит за словом «мафия». Это даже иронично, что пройдя столько битв, побывав столько раз на грани жизни и смерти - они не видели другую сторону того, из-за чего всё это происходило.

И Иемицу ценил это в Гокудере. Этот опыт и это, в чём-то откровенно кошачье, умение выживать, когда брошен на произвол судьбы. Как там говорят? Девять жизней, да? Интересно, сколько из них он уже успел потерять.

Принять решение о том, кого поставить во главе безопасности, не составило труда. Никто не подходил на эту роль так же хорошо, как Гокудера. И все знали о его стремлении стать Правой рукой Дечимо и его преданности к нему. И Иемицу, отчётливо видя потенциал Хаято, хотел дать это ему - хотел дать возможность стать тем, кем он может быть, кем он хочет быть.

Мальчишке, конечно, придётся много работать. Обуздать самого себя, но. Всему дело практика. Всему дело опыт. А стремления у того на десятерых хватит; нужно лишь направить.

– Как тебе Италия? Не скучал по родным краям? – Иемицу возвращается с двумя стаканами виски, парню уже восемнадцать – в Италии этот возраст считается наступлением совершеннолетия. Да и столько раз они сталкивались с не-детскими ситуациями – почему бы не позволить ему то, что он всё равно будет делать, только без посторонних глаз?

Опирается о столешницу, протягивает один стакан Гокудере; улыбается открыто, но взгляд – серьёзный и внимательный.

– Какие планы на будущее, Хаято? Поделишься? – и в этой просьбе – приказ.
[NIC]Sawada Iemitsu[/NIC][AVA]http://khrvendetta.f-rpg.ru/files/0016/02/3b/90507.jpg[/AVA][STA]Внешний Советник[/STA]

+2

5

Вопреки его ожиданиям, Советник был похож скорее на доброго дядюшку, нежели на фактически исполняющего обязанности главы Вонголы. А еще он отец Десятого. До этого им с Хаято не доводилось пересекаться, лишь косвенно и мельком, поэтому сейчас подрывник пытливо и внимательно всматривался в слегка небритое лицо сидящего перед ним мужчины. И пришел к очень важному для себя открытию. Иемицу не читался. Неудивительно. Значит, до того момента, пока Савада не покажет себя, Хаято ничего не сможет о нем сказать или составить предварительное заключение.
- Да ничего. Я не ложился, - видя, что Советник не собирается отрываться от бумаг, Гокудера сам прошел к столу и присел на гостевой стул с этой ужасной неудобной спинкой. Сперва присел на краешек, словно на край скамьи, с прямой спиной, а потом опомнился и уселся нормально. В конце кноцов его же сюда не разнос устраивать позвали.
Воцарилась тишина.
Иемицу продолжал заниматься своими делами, Хаято молча изучал убранство кабинета или разглядывал свои пальцы, унизанные кольцами, когда все канделябры и узор на обоях были изучены досконально. Гокудера, кстати, иногда устраивал такие "разминки для мозгов" и целенаправленно запоминал детали интерьера, декор, стараясь потом воспроизвести в памяти как можно больше подробностей.
Скрипнуло кожаное кресло Советника, который, похоже, закончил необходимые на сегодня дела и позволил себе расслабиться. На душе немного потеплело. Все же при подчиненном с жесткой субординацией себе такого не позволяют. Даже если ты большой босс.
- Покрепче? - машинально переспросил за ним Хаято, слегка сперва не въехав, что Савада имеет в виду, а потом смутился и даже порозовел, поняв, что его полуночничание с бутылкой виски спалили.
Но, похоже, вопрос был больше для проформы, Иемицу и так знал, что нужно. Поднявшись из-за стола он отошел к дальней стене. Гокудера счел, что таращиться на Советника, наблюдать за каждым его передвижением будет как-то невежливо, поэтому все так же пялился на свои руки.
- Так же как и всегда, - ответил Гокудера на вопрос Советника. - Слишком шумная и жаркая. Нет, не скучал. Для меня родные края теперь там - где моя семья. Друзья. - добавил он. Первое напряжение сошло, теперь даже родной язык не казался чем-то чужеродным и трудным для восприятия.
Подняв глаза на Саваду, протягивающего ему граненый стакан с виски, подрывник благодарно качнул головой и встретился с Иемицу взглядом. И под этим взглядом Хаято снова почувствовал себя не по себе. Не для задушевной беседы его сюда позвали, это факт.
- Стать Правой рукой вашего сына. Таким же, как в десятилетнем будущем. Только лучше, - Гокудера упрямо поджал губы. - Чтобы этого кошмара с Миллефьоре не повторилось.
Он не знал, насколько Иемицу осведомлен о событиях несуществующего теперь будущего, но если ко всем участникам перешла память и знание о будущем, то, наверное, Советник знает, ЧТО должно было случиться и не случилось. И это знание каменным грузом всегда висело у Гокудеры на сердце. Его, будущего ближайшего помощника Цуны и его Правую руку, эти заговорщики хреновы даже не посвятили в этот самоубийственный замысел с мнимой смертью. Хранитель Урагана не знал, что чувствовала его взрослая версия, узнав такую правду, но подозревал, что ничего хорошего из этого не вышло.
Но главного это не отменяло. Там, в будущем, он не справился.
И страх, что все повторится, что он наступит на те же грабли, недоглядит, недосмотрит, вновь допустит, что его друзья и близкие пострадают, отдавалась тупой болью в груди.

+2

6

Иемицу нравится, что Хаято говорит на итальянском – не японском. Успевший привыкнуть к японской речи, он сразу понял, что здесь, в Италии, не смотря на то, что его поймут, стоит говорить на родном языке. Смышлённый. Вспоминая конфликт Колец – именно Гокудера сражался против Бельфегора, известного как гений в Варии. И сражался успешно.

– Теперь твои родные края будут здесь; будет хорошо, если ты сможешь полюбить жаркие и душные ночи Италии, – коротко улыбнулся, опуская стакан на столешницу.

«Только лучше».

Иемицу знал о событиях, произошедших в прошлых. Он не участвовал, но – знал. Все знали о том, к чему всё может прийти. Могло? Это выжженная память, напоминание; это – предостережение. Никто не хотел повтора. Никто не хотел вновь тех потерь, когда даже глоток воздуха кажется тяжёлым.

Поражения – это нормально. Через это нужно проходить, чтобы стать сильнее, чтобы увидеть то, что до этого не видел.

Но, пожалуй, для Гокудеры путешествие в будущее было особенно тяжёлым.

То, что стало одним из ключего в принятии решения поставить именно его на эту должность – было обратной стороной для самого Гокудеры в будущем. И вероятно – до сих пор.

Никто не мог сказать наверняка почему Дечимо принял именно те решения. Но имеет ли это хоть какое-то значение, когда ты понимаешь, что тебе – не-доверяли? Что самый приближённый, самый преданный – остался не-удел. Не был «достоин» знать правду.

Иемицу мог только догадываться как это отразилось на Гокудере. Но это тоже – ключевое.

Единожды попав в подобную ситуацию – Гокудера сделает всё, чтобы подобного больше не повторилось. Савада успел в этом убедиться. Это было важное качество. Упрямство, упорство и усердие. Возможно, иногда чрезмерное, но с этим можно будет что-то сделать.

Иемицу ставит на это. Иемицу ставит всё на него – Гокудеру Хаято. Не потому что так было в будущем и не потому что кто-то сказал, что это будет правильно. Не милосердия ради, но потому что видит в нём – достойного, того, кто сможет с этим справиться; кто умеет учиться на ошибках, кто умеет видеть и слышать.

– Я хочу, чтобы в будущем ты стал главой безопасности Вонголы, – спокойно, но решительно; взгляд – глаза-в-глаза, – первое время я буду твоим наставником, тебе придётся изучить очень много информации и у тебя не будет хватать времени ни на что. Но со временем я хочу, чтобы все обязанности ты взял на себя. Что скажешь, Хаято?
[NIC]Sawada Iemitsu[/NIC][AVA]http://khrvendetta.f-rpg.ru/files/0016/02/3b/90507.jpg[/AVA][STA]Внешний Советник[/STA]

+2

7

На слова Иемицу Хаято лишь чуть улыбнулся. На самом деле он любил Италию. Да, у него с этой страной было связано много печальных воспоминаний, но в то же время и именно эти душные сицилийские ночи, изнанка жизни превратили его в того, кем он был. Наверное, не случись такое с его мамой, не сбеги он из дома, он никогда бы не повстречал Цунаеши и остальных. И если раньше Гокудера в порывах хандры и отчаянья, когда он подрывался на собственных хлопушках, лишаясь бровей, получал ожоги и не единожды еле уносил ноги, чтобы не быть жестоко избитым, если не убитым, сетовал на свою хреновую жизнь и не менее дерьмовую судьбу, то теперь он воспринимал это как задаток.
Стоило сносить все пинки этой самой судьбы, чтобы в итоге обрести новую семью, настоящих друзей и доказать всем, что даже если ты - не имеющий никаких прав ублюдок главы семьи, бесполезный пианистишка, нужно уметь бороться и ставить себе цель.
Которая была только что озвучена Советником.
Хоть Хаято смутно и подозревал, что ему поступит такое предложение, что, наверное, его выберут в качестве нового цепного пса Вонголы, но все равно у него перехватило дыхание, а на застывшем на мгновение подвижном лице выступила испарина. Стиснув пальцами запотевший стакан, Гокудера ответил Иемицу таким же прямым решительным взглядом.
- Почту за честь. - сказал немного охрипшим от волнения голосом Хаято. - Я не подведу вашего сына и нашу семью. Трудности меня не пугают.
Сделав пару глотков виски, Гокудера негромко продолжил:
- Цуна очень многому меня научил. Сначала я считал это глупостью, слабостью, что победа важна любой ценой, - еще глоток. - Не любой. Там, в будущем, мы видели, на что пошел Дечимо ради победы над Миллефьоре. Никому не нужны такие жертвы. Сперва я был готов расшибиться ради Цуны в лепешку, хотя, кажется, это было больше нужно мне самому. Потом Джи заявил, что я настолько стремный, что не достоин называться его преемником. А еще год назад один... человек, - Хаято не сдержал улыбки, - показал мне, что лишь тот, кто ценит свою жизнь, достоин стоять на страже семьи. Думаю, теперь я готов взять ответственность за жизни вашего сына и нашей семьи по-настоящему.
Хаято перевел дух. Слегка распаленный виски, он сам удивился, какую задвинул речь. Кажется, ораторские навыки напрямую зависят от градуса алкоголя в крови.
А тут еще до кучи в ненадолго воцарившейся тишине огромного особняка ночью послышался душераздирающий звук, от которого Гокудеру слегка перекосило. Этот звук он узнал бы и из 1000.
Скрежет кошачьих когтей по поверхности лакированной двери.
- Эм... Простите... минутку... - Гокудера поднялся и подошел к двери, потянувшись к дверной ручке, но в этот момент дверь сама открылась, если не сказать - распахнулась - словно с другой стороны стояла минимум леопардиха. Только реакция спасла Гокудеру от шишки на лбу, а стоявшая в дверном проеме Ури уже одарила его сердитым взглядом горящих глаз и пронзительно мяукнула. Кажется, кого-то перекормили пламенем, если эта животина уже с лапы двери выносит. В последнее время их отношения пошли на лад настолько, что это вредное животное, как истинная баба, требовало, чтобы хозяин тащил свою задницу в постель СПАТЬ. И уже только тогда она соизволяла тоже почевать на соседней подушке.
Рискуя остаться без пальцев, Хаято подхватил протестующе шикнувшую кошку одной рукой и вернулся на гостевой стул. Ури, впрочем, не спешила откусывать наглому двуногому руку и с интересом озиралась по сторонам.
- Извините. Я позволяю ей жить вне пряжки, вот она и... - повинился парень за свою своенравную кошатину.

+3

8

Савада внимательно наблюдал за реакцией Гокудеры; мальчишка был известен своей вспыльчивостью, мальчишка и правда, как никто другой, подходил на роль Урагана. Но он должен уметь сдерживать себя когда надо. Он должен уметь давить в себе некоторые качества: будут ситуации, когда не умение сдерживать себя всё не только испортит, но и – разрушит.

И Гокудера понимал это. Хорошо. Очень хорошо.

– Это меня и пугает, Хаято, – заметил Иемицу, снова беря стакан с виски в руки, но так и не сделав ни одного глотка, – ты бываешь излишне усерден. Я рад, что ты рядом с моим сыном есть такой человек, – едва уловимая улыбка, – но я, надеюсь, сейчас ты лучше понимаешь, что усердие и изматывание себя – не дно и тоже, – взбалтывает виски в стакане – лёд стучит по стенкам, – ты должен уметь слушать себя, Гокудера, – ты ведь понимаешь о чём я, Хаято? Ты не можешь позволить себе переступать эту границу. Ты не сможешь себе этого позволить, как только станешь главой безопасности, – это касается не только сражений, понимаешь? Некоторые битвы проходят в четырёх стенах, – полу улыбка.

Хорошо. Пока всё было хророшо. На самом деле, даже лучше, чем Иемицу предполагал себе. Один человек, да?

Савада хотел сказать что-то ещё, но успевает только открыть рот – его перебивает скрежет о дверь. Громкий, истошный даже, и требовательный. И Иемицу готов поклясться, что в Резиденции нет животных. Девятые никогда не водил в доме питомцев. Подчинённые, естественно – тоже. Зато Гокудера явно понимал кто это и советник с неподдельным интересом наблюдал за ним.

– Ури? – уточняет, разглядывая животное. И кажется, что вся серьёзность, весь тот настрой сходит на нет. И Иемицу снова – лишь отец своего сына.

Савада знает о всех животных Десятого поколения. О боевой мощи каждого. Короткая сводка обязательна о них. Традиция, заданная ещё Алауди. И как показала практика, это не просто сухая информация, что будет пылиться под надёжной охраной  – она на самом деле может быть полезной, особенно учитывая как Десятое поколение схоже с Первым.

– Вы и правда необычные дети, – улыбка мягкая и доброжелательная, Иемицу протягивает руку, ласково гладит кошку по голове, между ушами; хмурит брови.

Дети – вот кто они. Всё ещё. И это нужно принимать. Не брать во внимания столь важный момент было бы огромной ошибкой. Хорошо, что они прошли свою школу посвящения. Но и этого было недостаточно. И Гокудера должен это понимать. То, от чего Цуна отрекается: убийства из мести, предательства, жажда власти – если в Вонголе за последние года это было сведено к минимум (не без помощи Варии), то далеко не каждые Семьи были столь же благородны в своих намерения и способах получения желаемого. У Вонголы своя тёмная история, которую Цунаёши сейчас отчаянно отрицает. И можно сколько угодно кричать о том, что он всё это уничтожит, но. Он принял решение встать во главе этой Семьи. Ему придётся принять. Только после принятие фактов можно действовать дальше, не наделав ошибок ещё больших. Но так вероятнее разрушит её кто-то другой. Кто-то, кто как и Милльфиоре в будущем, соберёт достаточно сил, чтобы вцепится когтями в «сильнейшую семью». Не все были на стороне Вонголы, потому что принимали и были согласны с её методами. Многие, так же – боялись и просто понимали, что ничего не могут противопоставить ей.
[NIC]Sawada Iemitsu[/NIC][STA]Внешний Советник[/STA] [AVA]http://khrvendetta.f-rpg.ru/files/0016/02/3b/90507.jpg[/AVA]

+1

9

- Да, я понимаю. - коротко ответил Гокудера, немного посмурнев от слов Советника. Это же насколько дятлом он себя зарекомендовал, что Иемицу говорит ему это. С другой стороны, из всех Хранителей он действительно отличался самым большим, нездоровым рвением, выливающимся, как правило, в его членовредительство. Слово Цуны было для него священно. Благодаря Саваде он впервые в жизни наступил на горло своей гордости и позволил себе проиграть Бельфегору во время кофликта Колец. Это был первый удар по самолюбию. Гокудера это проглотил, хотя тогда он был еще не готов принять решение Десятого Босса Вонголы. Цуна милосерден. Он никогда не станет рисковать своими друзьями. Для него они всегда были в первую очередь друзьями, а не Хранителями. Поэтому когда Гокудера взбунтовался против решения Десятого оставить его в финальной битве на скамейке запасных, выражаясь языком Ямамото, для него это было очень тяжелым решением. Единственно правильным, иначе и быть не могло, но сам Хаято себе мысленно пообещал, что если они тогда победят и выживут, то это будет последний раз, когда он поставил на кон свою жизнь. От мертвых нет прока. Последние сражения помогли Хаято пересмотреть свой взгляд на жизнь. Цуне нужен живой помощник, который не усугубит ситуацию, а разрулит, поможет, подстрахует, поддержит. А добиться этого можно лишь одним способом - МОЗГАМИ и сдерживанием своего характера. Может, друзья и не замечали этого, но Хранитель Урагана за последине годы очень здорово переломал себя, свой норов и принципы. Он всегда был одиночкой, ему мучительно тяжело было открыться другим, научиться доверять, позволить закрыть ему спину.
- Я все это знаю, Советник. Ваш сын объяснил мне, - отозвался Гокудера. - Сила и власть - означают контроль. Себя в первую очередь. Дечимо слишком мягок. Мы все это знаем. Но это то, что делает Цуну уникальным. Таким, какой он есть. Если бы он начал карать направо и налево, убивать врагов в сражениях, это был не он, - негромко продолжил он. - Он никогда не примет настоящую, истинную Вонголу. Вместе с честью прошлых поколений мы все принимаем их грехи, ответственность за поступки нашей семьи. Дечимо рано или поздно придется столкнуться с этой правдой, я понимаю, что ему нужно самому переварить это все. Но в моих силах помочь ему. Если я займу место главы безопасности, я смогу немного сгладить острые углы, пока Цуна не адаптируется в новой для себя роли. Я могу стать щитом для него. Он об этом не узнает, - Хаято грустно улыбнулся, рассеянно почесывая замершую у него на колене кошку. Он прекрасно сознавал, на что подписывался. Даже когда Цуна по-настоящему станет боссом Вонголы, ему ни к чему вся эта кровь, грязь и мерзость, с которой им придется столкнуться. То, о чем он не узнает, Цуне не повредит. Если сравнивать Вонголу с внутренней виртуальной сетью, то хранитель Урагана должен стать для нее фаерволом. Так видел свою функцию в этой системе Гокудера.
Его серьезный настрой, несмотря на количество выпитого виски, передалось даже Ури, потому что она смирно сидела у него на колене, словно статуэтка, безропотно позволив Иемицу погладить ее по голове между тлеющими ушками.

+1

10

– Ты очень повзрослел за это, Гокудера, – Иемицу неясно улыбается, поднимая взгляд с кошки – на парня.

– И ты взваливаешь на себя огромную ответственность, – он запускает пальцы в светлые волосы, коротко ерошит, шумно выдыхая, поднимается, – но не стоит сильно ограждать Цуну, – после короткой паузы добавляет, – он и правда ... уникальный, но должен понимать, с чем имеет дело. Лидер это фундамент любой группы. К чему мы придём, если позволим ему жить в дальнейшем неведении? – короткая усмешка; выпивает, наконец, свой виски, с удовольствием прислушиваясь к тому, как мерный жар от крепкого алкоголя разливается по венам.

– Впрочем, думаю, это ты тоже понимаешь, – коротко постукивает пальцами по столешнице, задумавшись, – тогда ...

– Савада-доно ... – договорить Иемицу не успевает – в дверях появляется Базиль; напряжённый, с плотно сжатыми губами, хмурый. Сзади подходит Орегано, мягко касается чужой руки, чуть выше локтя, что-то тихо и неразборчиво говорит, после чего парень коротко кивает и, бросив быстрый взгляд на отца Цунаёши, быстро уходит.

– Я сейчас, – мужчина коротко, едва заметно улыбается Гокудере, быстрым шагом направляется к дверям.

В груди что-то предательски заныло, словно чувствуя беду, уже понимая – что-то случилось. Что-то серьёзное. Это было видно по лицам подчинённых. Это было ясно и без слов.

– В Намимори ... – девушка бросает быстрый взгляд в сторону Гокудеры и говорит тише.

С указа Внешнего Советника было проведено собственное расследование насчёт происшествия в Намимори. Двойное убийство в тихом кафе. Двойное убийство в тихом Намимори – эта новость заставила весь город вздрогнуть.

Иемицу сжимает пальцы в кулак, закрывает глаза; не-сейчас. Держи себя в руках, Савада.

Вдох судорожный, сердце бьётся в груди отчаянно, не-согласное, отказывающееся принимать услышанное; сердце сейчас – пробьёт грудную клетку и заглохнет.

– Я хочу знать об этом всё, – слишком сдержанный голос; слишком резко, но глухо.

– Закончим на сегодня, – это уже Гокудере, – завтра тебе принесут документы – их нужно будет изучить, – начать нужно будет с малого; Хаято сперва необходимо понять что происходит – изнутри, – отдохни как следует, выспись. Займёшь этот кабинет, меня не будет какое-то время в Италии, – бросает взгляд на часы, бросает негромкое: «Узнай когда ближайший рейс до Японии», – Орегано.

– И ещё, – снова обращаясь к уже-официально Правой руке Десятого босса Вонголы, – завтра  приезжает твой отец, – короткое не то напутствие, не то предостережение. Советник не знал когда они последний раз разговаривали, но знал, что им точно будет что обсудить.
[NIC]Sawada Iemitsu[/NIC][STA]Внешний Советник[/STA] [AVA]http://khrvendetta.f-rpg.ru/files/0016/02/3b/90507.jpg[/AVA]

Отредактировано Game Master (21.04.2016 06:53)

+1

11

- Я это понимаю. - кивнул Хаято. - Нужно дать вашему сыну немного времени. Он соберется и сделает все, как надо. Он всегда так, - хранитель Урагана не сдержал дурацкой горделивой улыбки, подумав про своего босса. Да, Цуна временами бывает ходячим недоразумением, он все еще не может избавиться от своей неуверенности, страха и боится облажаться даже перед ними, особенно перед ними, хотя ведь наверняка понимает, что каждый из них поддержит его. Ну почти. Разве что кроме Хибари и Мукуро. Ненавистник травоядных в лучшем случае просто надменно промолчит, а вот Мукуро не упустит возможности отвесить какую-нибудь гадость, после которой самомнение и самооценка бедного Цунаеши с грохотам упадет ниже уровня подземных бункеров резиденции.
Но обсудить это не получилось. В кабинет сунулся Базиль.
Гокудера уже хотел поприветствовать парнишку, но расслабленный настрой тут же слетел с хранителя Урагана, словно его сдуло арктическим ветром.
У Базиля было такое лицо, что в памяти невольно возникли картинки из 10-летнего минувшего будущего.
Позвоночник продрал озноб, а на лбу наоборот выступила внезапная испарина.
Не нужно было быть провидцем, чтобы понять - что-то случилось. Особенно когда помощница Иемицу приглушенно бросила "Намимори".
Гокудера подобрался, словно охотничий пес.
Что случилось в Намимори???
Но снизойти до объяснений Савада не удосужился.
Из того, что Хаято успел услышать - обрывки фраз, полуприглушенные, произнесенные чуть ли не шепотом, он понял, что случилось что-то очень плохое. И ему стало жутко.
Неужели, не успели они заступить на должность Хранителей, глобальная ЖОПА все-таки произошла?? Гокудера мог лишь предполагать, а его травмированная минувшим будущим психика подсовывала картины одну страшней другой.
- Сеньор Савада, - голос у самого парня охрип, Хаято постарался влить в него как можно больше твердости и уверенности. - Что случилось? Это касается Вонголы? Новая угроза?
Но Иемицу явно не собирается вводить своего стажера в курс дела. Ему ковыряться с архивом, документацией, хрен еще пойми с чем. Когда как Гокудера печенкой чует, что случилась какая-то срань. О которой ему опять не хотят сообщать!
Но мысли об этой неведомой угрозе мгновенно вылетели из блондинистой головы, словно от удара многотонного молота при последних словах Савады.
- П-подождите... какого хрена ему тут надо... - беспомощно и зло вякнул Хаято, но Иемицу уже скрылся в коридоре со своими людьми.
Да, с его людьми. А ты, осьминожья башка, пока только сраный стажер.

Наивный человек. Иемицу серьезно полагал, что он сможет после таких новостей нормально поспать?! Слава богу, в бутылке оставалось еще чуть меньше половины виски, который выпился Хаято как вода.
Дерьмо... Меньше всего он хотел видеться со своим гребаным папашей и говорить с ним.. А придется, блять! Он же теперь типа Правая рука Дечимо, должен выступать от лица Цуны и выполнять свои обязанности по связям с общественностью. Охуенно...
Утро встретило все же недолго задремавшего хранителя Урагана еще большей жарой, мерзким солнцем в открытое окно и гудящей после виски головой. Чувствовал себя Хаято отвратно, словно бы и вообще не спал. Даже перед решающим боем его так не трясло, как от одной мысли, что придется разговаривать с отцом, который лгал ему всю его сознательную жизнь и разлучил его с родной матерью.
Кое-как умывшись и приведя себя в порядок, Гокудера потащился в кабинет Иемицу.
Открыв дверь кабинета, Хаято вспомнил сказку про Золушку. Ну про это "отбери зерна чечевицы, пшеницы из общей кучи и рассортируй". Посреди кабинета стояли штук 10 коробок из под бумаги для ксерокса. И еще примерно столько же лежало папок-биндеров, полностью забитых.
При взгляде на весь этот ужас у Гокудеры буквально началась паническая атака, выражавшаяся примерно в следующем - за что хвататься, что делать, как быть?!?!
В этот момент подрывник примерно почувствовал, что чувствует мелкий коровистый засранец, когда нарезает круги с дикими воплями паники. СПО-КОЙ-СТВИ-Е.
Про обед Хаято тупо забыл. Он закопался в бумаги по самые уши и, видимо, имел такой несчастный вид, что даже Ури, устроившаяся тут же на горе папок, скинувшая в самом начале одну шаловливой лапкой, решила его не задирать и просто молча наблюдала за хозяином со своего постамента.
К двум часам дня Хаято отсортировал только два ящика отчетов. А судя по тому, как разрознены были номера, то недостающие надо было искать по другим коробкам. И это грозило затянуться еще на полдня.

+1


Вы здесь » KHR! Vendetta del Caduto » Evidence room » Эпизоды » 0.1. Ответственность


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно