Случайный постYamamoto Takeshi:

Так в какой момент всё началось?

Тогда, когда в будущем услышал про смерть отца? Или когда проиграл впервые, самонадеянный слишком? Слышать о том, что не смог защитить, ничего не смог — неприятно. Настолько, что даже у него не получилось сохранить привычную лёгкость. Осознание липким и холодным застревает между рёбрами, медленно разъедает кости, разрушая их, точно ржавчина: мягкосердечность и добродушие — фатальны, не способны сохранить в руках даже то, что должен был держать крепче прочего. Если бы они приняли другое решение. Если бы он был сильнее. Если бы не колебался и не верил свято, что всё получится — словами и щадящим. Если бы, но. Им это по силам, думал он. Они справятся. Цуна справится, примет нужное, правильное решение. Цуна принял решение, что погубило их всех.

Или тогда, когда впервые встретил Скуало? «Оказывается, я совершенно не умею проигрывать», говорит в тот момент Ямамото, и дни теряют счёт. Это правда — он не умеет и не любит проигрывать. Правда — он хотел взять реванш. Но правда и в том, что что-то вскипает в груди, когда клинки сталкиваются, когда чувствует вкус крови во рту и запах её на чужих руках. Он хотел доказать себе, что способен заставить Дождь Варии воспринимать себя всерьёз. Он не хотел признавать, но чувствовал: рукоять катаны слишком хорошо лежит в руках, как будто так и должно было быть всегда, как будто она — его продолжение. Он оттачивал одно движение за другим, жадно впитывал техники, что показывал ему отец, и день с ночью потеряли всякие границы, обращаясь единым.

Читать полностью »

После мирной смерти Тимотео Савада Цунаёши становится десятым доном Вонголы. Реборн пропал и подозревается в убийстве Савады Наны. Тем временем неизвестная семья начинает действовать.

KHR! Vendetta del Caduto

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » KHR! Vendetta del Caduto » Piazza G. Verdi № □ □ □ » Le festin [KHR!]


Le festin [KHR!]

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Fran |Kikyo
♪ ~загрузка~

А что вы предпочитаете в это время суток?

Отредактировано Fran (18.04.2022 19:19)

+3

2

Неужели, все? Наконец-то все? Кикё недоверчивым взглядом окидывает стол, отмечая с удовольствием, что стопка папок с бумагами за день с левой стороны стола действительно целиком перекочевала на правую. Он сделал это! Плевать, что глубоко за полночь, плевать. что плечи сводит от усталости, плевать, что завтра счет обнулится и будет что-то новое. Прямо сейчас - свобода.
Блаженная улыбка скользит по губам, когда он откидывается на спинку кресла, изящным движением забрасывая ноги в безупречно чистых, начищенных до блеска сапогах на кофейный столик.
Вария изменила его. Не полностью, он сопротивлялся, но она победила в этой битве с сокрушительным счетом.
Сохранил ли он себя? Сколько всего позволяет себе теперь, чего ни за что не сделал бы раньше? Раньше, к примеру, он и помыслить не мог о том, чтобы вот так сложить ноги на стол, какой бы чистой ни была его обувь. Но здесь в этом чувствуется особый кайф, это как приглашение самому себе чувствовать себя как дома. Раньше он не применял оружие против своих - здесь же в порядке вещей пытаться убить друг друга ради разминки. Раньше он не жаловал стянутые в узел на затылке волосы - а тут быстро привык. Привыкнешь, когда тебя то и дело пытаются за них цепануть!
И конечно, раньше ему нипочем не пришло бы в голову изуродовать свое тело татуировками - но уже пару месяцев как на плече и лопатке разбросал листья странный цветок - бледные очертания тонких лепестков аконита, блюбелл и маргаритки на одном стебле. Выше - яркие гранат и китайский колокольчик. И орхидея, такая же призрачная как первые три, но очень четкая на бледной шее. Нет сомнений, что орхидею видели, и он не сомневается, что даже самый недалекий догадался, что это значит. Но - вот диво-то, никто не сказал ни слова. Ну, не считая лаконичного "херь какая-то" от Леви.
Для Кикё это стало одной из лучших черт в Варии: ты можешь быть сколь угодно ненавидимым врагом - они будут видеть твою смерть во сне и упиваться ей, перебирая лапками, они могут мечтать расчленить тебя и скормить волкам... но если вдруг ты становишься для них своим - им тут же оказывается глубоко плевать на все, что ты делаешь. Он стал своим.
За дверью раздается оглушительный "бамс". Мимо проносятся с шепелявым хохотом, грохотом и улюлюканьем. Одна пара ног, другая. Потом все затихает. Кикё лениво приоткрывает глаза - повезло, могли и ворваться. Так, как они делают всегда, по нескольку раз за день, так, как делали сегодня, презрев его личное пространство и кучу дел... Впрочем, в целом, он не имеет ничего против.
Он любит обсудить с Луссурией звездные сплетни, он научился доходчиво объяснять Леви сложные вопросы, укладываясь в минимум времени, научился, не поднимая глаз, уклоняться от ножей Бельфегора, и парочка оных украшает стену за его плечом прямо сейчас. Он научился на лету ловить шальные бутылки, пущенные Занзасом вслед Скуало, но почему-то свернувшие к нему... И он всегда умел слушать, когда другим хотелось пить и говорить - початая бутылка и наполовину пустой стакан Скуало все еще стоят тут же, на кофейном столике, рядом с его фарфоровой чашкой. Когда это было? Еще до обеда? Его зеленый чай совсем остыл.
Но Кикё все равно намерен его выпить. Рука тянется к чайнику, наполнить чашку - и в этот момент дверь открывается. Он замирает, с интересом разглядывая нового гостя. Щуплая фигура, огромная голова, непривычно спокойная манера, даже чуть медлительные движения. Память услужливо подбрасывает страницу досье, слишком тонкого, содержащего слишком много данных.
"С иллюзионистами всегда так сложно", оправдывался его информатор.
- Туман Варии, - Кикё склоняет голову набок и сбрасывает ноги со стола - теперь, когда здесь кто-то еще, это кажется невежливым.
Франа - ученика Рокудо Мукуро, он видит впервые с тех пор, как надел варийскую форму. Тот часто отсутствует, объяснял Скуало. Не ладит с напарником, дела держат вдали от замка - и неопределенный жест, показывающий, что Скуало в душе не чает, какие у пацана могут быть дела. Ну да это не его, Кикё дело.
Ему любопытно другое - в первый же вечер своего возвращения, юноша направляется в библиотеку - самое непопулярное место в замке. Кикё-то думал, что до его появления о библиотеке тут вообще никто не знал. Именно поэтому он завел привычку работать и чаевничать здесь.
Он приветливо вскидывает брови.
- С возвращением?

[icon]https://forumupload.ru/uploads/0016/02/3b/20/273719.jpg[/icon][fandom]Облако Варии[/fandom]

+2

3

Фран никогда не знал своих родителей. Со слов бабушки — к сожалению, по собственным ощущениям — к счастью. Потому, что с его везением, стремящимся даже не к нулю, а явным минусам, эти двое явно были те ещё фриками. Разоряющаяся криками трубка, едва ли не дымящаяся от негодования говорящего по ту сторону линии, замолкала исключительно на вдохе, то есть где-то раз в две минуты — объёму лёгких Леви оставалось только позавидовать. Хорошо хоть громкостью до капитана он даже с подобными ежедневными практиками не дотягивал, оглохнуть в двадцать — излишне драматично.

Казалось бы, уже достаточно наглядный пример его убитой вусмерть кармы, судя по которой, он в прошлой жизни отравлял жизнь группе славных монахов, аукнувшаяся ему в настоящем отрядом Варии в полном составе. Но нет. Экран второго телефона мигает значком входящего сообщения — если верить строке с именем отправителя, учитель заключил, что недели беготни с ним по пересечённой местности недостаточно для практики, решив кинуть вдогонку пару задач в качестве домашнего задания. И он знать не хочет, какими именно.

Жизнь на две "семьи", чьё существование нелегально во всех странах и значениях, когда у тебя её, по документам, никогда и не было — это желание набрать все горячие линии психологической поддержки, опеки и службы спасения одновременно. Жаль, не поможет, разве что они разбираются в макулатуре и могут как-то подсобить с той пачкой документов, которой в него, не глядя, швыряет капитан, когда ему почти получается проскользнуть на этаж с "личными апартаментами" и забаррикадироваться в них до утра. Кто ему вообще сказал, что у него неплохо с грамматикой и числами? Отвратительно, нужно было, заполняя карточку с личным делом, допустить в написании имени хотя бы три ошибки. Чем скромнее предложение, тем меньше спрос. Модные маркетинговые пособия обещали именно такую взаимосвязь, а судя по тому тиражу, с которым они расходились, их авторы в этом что-то, да понимали.

Идея отсидеться у себя в комнате теряет свою актуальность, когда его догоняет окрик Луссурии, а заодно и мысль, что собираясь оградиться от общественности, он выбрал не самое лучшее место, зато — наиболее очевидное даже для умов не особо обременённых тяжестью интеллекта. Благо, смена часовых поясов, дружно взявшаяся за руки с акклиматизацией, обстоятельства для его организма привычные, а значит влияют на скорость анализа ситуации не столь критично, чтобы отбить возможность рассуждать под самый цоколь несущей конструкции. Единственное, что остаётся, так это методом нехитрых вычислений отфильтровать оставшиеся помещения по мере популярности, а значит частоты посещения другими членами отряда, и затем ещё раз, но с учётом самой дальней локации от места пребывания босса — погибать от шальной пули или под обломками этажей выше из-за плохо прожаренного куска говядины, участь ещё более печальная, нежели временная глухота.

Увернувшись от пронесшихся мимо членов отряда Дождя, никак побежали за новым ящиком чего-то горючего, порог библиотеки Фран переступает с почти что видимых облегчением — всего секундным. Понимание того, что в помещении он ни один, накрывает на мгновение раньше, чем глаза привыкают к менее яркому, нежели в коридорах освещению, выхватывая среди знакомого антуража куда менее привычную фигуру. Кажется, капитан что-то говорил на тему пополнения штата, а Фран даже слушал, но до сих пор особого значения полученной тогда информации не придавал. Помнить всех приходящих и уходящих, чаще всего в чёрных мешках, в едином направлении, было бы слишком утомительно, следовательно — он и пробовать не собирался. Должны же быть в звании стажёра хоть какие-то преимущества, вроде отсутствия периодически обостряющегося геморроя на тему ответственности за младших по званию.

Облако Миллефиоре, — получает скорее немного вопросительно и не очень тактично, учитывая судьбу упомянутой семьи, однако не то чтобы Франа вообще заботили чувства окружающих в должной мере.

Бутылка с гранённым стаканом, как и вычурная кружка с недопитым чаем, отправляются на дальний конец кофейного столика, а освобождённое место занимают те папки, которыми его успел нагрузить капитан. Желание закинуть их куда-нибудь в дальний угол перевешивает понимание, что в дальнейшем это только добавит проблем с их дальнейшими поисками, как минимум. Как максимум, кто-нибудь сунет свой длинный нос в бухгалтерию, после чего он убьёт ещё неделю на то, чтобы привести все к тому виду, в котором она прибывала изначально — плавали, знаем.

Плюшками балуетесь? — не совсем понимая, о чём вообще можно, а главное — стоит ли, говорить с подобным человеком, зацепился за содержание столешницы Фран, с удовольствием падая в свободное кресло.

+2


Вы здесь » KHR! Vendetta del Caduto » Piazza G. Verdi № □ □ □ » Le festin [KHR!]


Рейтинг форумов | Создать форум бесплатно